Военные легенды херсонской крепости
Здорово пройтись морозным утром по парку, где когда-то бегал мальчишкой. Холмы, буераки и могильные плиты скрывает снег, как седина на голове дряхлеющего старца, не помнящего родства. Но мы-то помним… Говорят, что солдат, павший на поле боя, своею гибелью искупил все грехи.
ЧАСТЬ І. Известные могилы
Только дважды в херсонской крепости трубили тревогу (октябрь 1787 и июнь 1788 г.г.), чтобы отразить набеги турок со стороны Очакова (Ачи-Кале). Поэтому в июле 1788 года армия генерал-фельдмаршала Г.А. Потемкина подошла вплотную к этой крепости. Установили осадные батареи, но со штурмом не торопились. Трижды турки пытались выбраться из крепости, но безрезультатно. Тогда и были серьезно ранены генералы М.И. Кутузов и А.В.Суворов. Лишь 6 декабря 1788 г. (в день Св. Николая-Чудотворца) при 23-градусном морозе Потемкин решился на штурм. Длился он всего час с четвертью. Из 15-тысячного гарнизона в плен взяли только 4 тысячи янычар. Екатеринославская армия потеряла убитыми два десятка старших офицеров и тысячу солдат. Тела генералов перевезли в Херсон.
Великолепный князь Тавриды Волконский
Вечером 5 декабря в офицерской землянке третьей колонны было тепло. Последний военный совет перед наступлением. Князь Волконский кратко излагал задачи: пробежать 400 метров и завладеть валом вблизи Бендерских ворот. «Дай Бог, обойдется без резерва», - подумал генерал-майор. Ведь его сын командовал там пехотой. На рассвете солдаты во главе с Сергеем Аврамовичем Волконским быстро заняли траншеи врага. Но тут соседи начали прогибаться под натиском неприятеля. Князь, не вводя резервы в бой, сам ринулся на помощь. Навстречу ему прогремел залп из турецких ружей… Потемкин приказал похоронить Волконского у Екатерининского собора, тем самым, открыв в Херсоне генеральский пантеон. Впоследствии фаворит Екатерины тоже упокоится здесь.
Бригадир Иван Горич
Главный удар по очаковской крепости нанесли шесть колонн под командованием бригадира (воинское звание после полковника перед генералом) Ивана Петровича Горича (Больший). До этой войны вместе с братом, тоже Иваном (Меньшим), он служил на Кавказе «для внушения (горцам) прямой их пользы в истинной привязанности… престолу». В отряд бесстрашного чеченского князя вошли добровольцы и лучшие рубаки. В 7 утра, без единого выстрела, сверкая штыками и с криками «ура» три колонны во главе с Горичем бросились к пролому в стене. Турки встретили их залпами в упор и саблями. Первые две шеренги нападающих остались лежать под стенами.
20-летний полковник Мартынов
Накануне штурма Очакова, Петр Мартынов зашел в палатку к знакомому офицеру. Зима была ранней и суровой. Молодые люди грелись глинтвейном и неспешно беседовали. Напоследок юный казачий полковник попросил товарища: «Если под Очаковом убитым быть, похорони меня. Не здесь, среди солдат, измученных поносом, а там – над Доном. Я живо представляю, как летом под песни жаворонков, под шорох волн лежать буду». А утром потомок войскового старшины Войска Донского Петр Мартынов погиб одним из первых на крепостной стене Очакова.
Генерал - майор Степан Максимович
Очаковская крепость считалась неприступной и входила в десятку лучших фортификационных сооружений Европы. Осадные работы на левом фланге Потемкин поручил генерал - майору Степану Петровичу Максимовичу. Место было спокойным. Лишь изредка турки постреливали ту сторону и не беспокоили вылазками. Это и усыпило бдительность генерала. Ноябрьской ночью две тысячи турок скрытно вышли из крепости, спустились к берегу и напали на спящих. Генерал Максимович успел поднять солдат в атаку и тут же упал от удара ятаганом.
Отец и сын Меллер-Закомельские
Сразу за оградой Екатерининского собора у северного входа - могила генерал-аншефа И.И. Меллера-Закомельского, по плану которого шла осада и штурм Очакова (1788 г.) и его сына - полковника Карла Меллера. Генерал погиб при взятии турецкой крепости Килия на Дунае 10 октября 1790 г. Полковник – при взятии Очакова.
7 октября 1790 корпус генерал-аншефа барона Меллер-Закомельского подошел к своей первой цели - крепости Килия - и разбил лагерь в
10 верстах от нее. Предложив гарнизону крепости сдаться и получив отказ, И.И. Меллер-Закомельский приказал генералу-поручику А.Н. Самойлову с подчиненными ему войсками ночью этого же дня взять штурмом ретраншемент, защищавший предместье крепости, и удерживать его до подхода основных сил. В ночном бою Самойлов потерял управление над войсками, «солдаты вышли из повиновения, разбрелись по форштату (предместье), расположенному между крепостью и ретраншементом, предались всяким неистовствам... истребляя и опустошая все, что ни попалось». Когда И.И. Меллер-Закомельскому доложили о происходящем, он спешно отправился к крепости. Прибыв в форштат, генерал-аншеф стал лично руководить организацией отпора выступившим из крепости туркам, но «...роковая пуля попала ему в звезду и прошла навылет наискось через весь его корпус».
ЧАСТЬ ІІ. Неизвестные могилы
Херсонская крепость знаменита еще и тем, что в ее пантеоне есть могила неизвестного генерала. Похоже, человека в мундире высшего комсостава привезли в Херсон уже мертвым, без сопроводительных документов. Он похоронен в некрополе Екатерининского собора под плитой с надписью «Могила неизвестного генерала… участника Крымской войны 1853-1857 г. г.».
Но были возле Екатерининского собора и другие погребения.
В фондах Херсонского краеведческого музея храниться интересная подборка «Херсон времен Великой Отечественной Войны в рисунках В.Д.Попенко». Есть в ней и картинка с надписью «Немецкий госпиталь и кладбище».
Найти точку, с которой был сделан карандашный набросок, довольно легко. Нужно только взобраться на крышу бывшего общественного туалета. Примечательно, что советские активисты тщательно стирали память об этих могилах, устраивая на их месте свалки мусора и общественные уборные.
В 1995 году организация «Фольксбунд» провела эксгумацию тел солдат и офицеров вермахта на территории Екатерининского собора и «парка телецентра» по ул. Перекопской. Несколько рядов могил (из 4-го и 5-го блоков) не удалось вскрыть, так как они находились под высоковольтными кабелями и фундаментами зданий. Кроме этого, часть могил была уничтожена при строительстве – кости разбросаны в верхнем слое почвы.
Всего из-под земли (глубина раскопок – 180-220 см.) извлекли останки 291 человека. 95% тел - без военной амуниции. На останках 1 летчика (замотан в парашют) и 2-х танкистов отчетливо видны следы огня.
Руководитель работ организации «Фольксбунд» по югу Украины Ф. Менке писал: «Данное кладбище было привязано к госпиталю. Госпиталь имел очень серьезное оснащение медицинской техникой, в котором проводились различные хирургические операции, в основном, связанные с травмами головы погребенных. В основном трепанация черепной коробки, а так же ампутация ног и рук».
Как сообщила корреспонденту «Любимого Херсона» руководитель Херсонского городского центра немецкой культуры Лариса Дворникова, эти останки, в том же 1995 году, перевезли в Кировоград на немецкое мемориальное кладбище.
Получается, что в Херсоне, кроме больницы водников, Николаевского приюта на ул. Садовой и других известных мест, был еще один (секретный?) немецкий госпиталь неподалеку от Екатерининского собора.
Теперь здесь уютно разместился стрелковый тир. Есть, где потренироваться херсонской молодежи для того, чтобы и ей оставить свой след в военной истории.
Подготовил Олег Лищенко. Фото автора
